Теория экономического развития

Повна версія книги PDF

Шумпетер Йозеф Алоис

Глава первая

ХОЗЯЙСТВЕННЫЙ КРУГООБОРОТ В ЕГО ОБУСЛОВЛЕННОСТИ СУЩЕСТВУЮЩИМИ ОТНОШЕНИЯМИ

Социальное событие представляет собой связь явлений. Исследователь, стремящийся упорядочить их поток, наме­ренно выбирает из него экономические факты. В том, что тот или иной факт характеризуется как экономический, уже заключается абстракция — первая среди многих, на­вязанных нам технической необходимостью мысленного отображения действительности. Тот или иной факт никог­да не является, если брать в расчет его глубинные причи­ны, исключительно или «чисто» экономическим; постоян­но существуют и другие, часто более важные его стороны. Тем не менее в науке мы говорим об экономических фак­тах на том же основании и с тем же правом, что и в повсе­дневной жизни, с тем же правом, с которым, например, можно писать историю литературы, хотя литература лю­бого народа неразрывно связана со всеми прочими элемен­тами его жизни. Этим правом мы воспользуемся и в данном случае.

Социальные факты являются — во всяком случае, не­посредственно — результатами человеческой деятельности, экономические же — результатами экономической деятель­ности. Последнюю следует определять как такую деятель­ность, целью которой выступает приобретение благ. В этом смысле мы говорим также об экономических обстоятельст­вах деятельности (wirtschaftliche Momente), экономиче­ских мотивах (wirtschaftliche Motive) в жизни общества и индивида. Однако поскольку мы принимаем во внимание лишь ту хозяйственную деятельность, которая направле­на на получение благ посредством обмена или производ­ства, то мы ограничим ее понятие этими способами благо­приобретения. В то же время в понятия экономического мотива и экономического обстоятельства мы вкладываем более широкий смысл, ибо мы будем обращаться к ним и вне той более узкой области, в которой рассматривается экономическая деятельность.

ббласть экономических фактов, следовательно, ограни­чена прежде всего понятием экономической деятельности; Любой человек вынужден в той или иной мере осуществ­лять экономическую деятельность, любое лицо должно быть либо непосредственно «хозяйственным субъектом», либо зависеть от него. Однако после того, как произошла специализация членов социальной группы по профессиям, мы в состоянии отличить определенные классы людей, ос­новная деятельность которых связана с хозяйством, с про­мыслом, от других классов, у членов которых экономиче­ские аспекты их деятельности отходят на задний план пО сравнению с прочими моментами. В этом случае экономи­ческую жизнь общества определяет особая группа людей, хотя и все прочие члены общества в целом обязаны зани­маться «хозяйством». О деятельности этой группы, следо­вательно, можно сказать, что именно она по преимуществу воплощает экономическую жизнь, и теперь в подобном ут­верждении уже не будет ничего абстрактного, несмотря на взаимосвязи, существующие между этой экономической жизнью и всеми другими проявлениями жизни народа.

Так же как об экономических фактах вообще, мы гово­рим и об экономическом развитии, объяснить которое — наша цель. Но прежде чем приступить к изложению соб­ственных мыслей, нам нужно в настоящей главе овладеть необходимыми основами и ознакомиться с некоторыми ме­тодами рассмотрения, которые потребуются в дальнейшем. Кроме того, то, что будет излагаться ниже, должно быть также снабжено своего рода «зубчатым сцеплением», ко­торое позволит ему стать «колесиком» в механизме теории. От брони методологических комментариев я совершенно отказываюсь. В этом отношении остается лишь заметить: все, о чем пойдет речь в данной главе, хотя и представляет собой ответвление от экономической теории, по существу, однако, не требует от читателя ничего такого, что вызыва­ло бы сегодня необходимость специального доказательства. Поскольку, далее, для нашей цели мало что нужно из результатов теории, то я охотно воспользовался случаем выразить свою мысль по возможности просто и безыскусно. Это предполагает отказ от полной корректности. Однако я решался на это во всех тех случаях, когда преимущества более строгой формулировки возникали по не столь уж важным для нас вопросам. В этой связи я отсылаю читате­ля к другой своей книге 4.

Если же мы зададим себе вопрос о том. каковы всеоб­щие формы экономических явлений, каковы их закономер­ности, в чем заключается ключ к их пониманию, то тем самым мы ipso facto (в силу самого факта) признаем, что в данный момент мы рассматриваем их как нечто, подле­жащее изучению, как нечто искомое, «неизвестное» и хо­тим свести их к относительно «известному» точно так, как поступает с предметом своего исследования любая паука. Если нам удастся выявить определенную причинную связь между двумя явлениями, то наша задача будет решена в том случае, когда явление, выполняющее в этой причинной связи роль «основания» будет явлением неэкономического порядка. И здесь мы сделали бы как раз то, что могли бы сделать, будучи политэкономами, и нам осталось бы лишь передать слово представителям других дисциплин. Если же само это «основание» имеет экономическую природу, ю нам следует продолжать попытки объяснить его до тех пор, пока мы не натолкнемся на явление неэкономического порядка. Сказанное относится как к общей теории, так и к любому конкретному случаю. Если бы я, например, мог сказать, что феномен земельной ренты покоится на разли­чии в качестве почв, то этого было бы вполне достаточно, чтобы дать экономическое объяснение. Если я определен­ные колебания цен могу объяснить торгово-политическпми мерами, то я тем самым делаю то, что в состоянии сделать как экономист-теоретик, ибо торгово-политические меры не направлены непосредственно на приобретение благ путем обмена или производства, а потому не подпадают под наше определение чисто экономических фактов. Здесь у нас все­гда речь идет о том, чтобы описать всеобщие формы при­чинных связей, существующих между экономическими фактами и неэкономическими данными. Опыт учит, что это возможно. Экономические явления имеют свою логику, ко­торая известна каждому практику и которую нам следует всего-навсего сознательно уточнять. При этом простоты ради мы имеем в виду, как правило, изолированную эконо­мику; те вещи, о которых идет речь в данной книге, мы также рассматриваем под таким углом зрения.

Итак, мысленно представим себе основные черты хо­зяйственного механизма. И в первую очередь представим себе народное хозяйство, организованное на рыночных принципах (verkehrswirtschaftlich organisierte Volksuwirt- schaft), иными словами, такое народное хозяйство, где гос­подствуют частная собственность, разделение труда и сво­бодная конкуренция.

Если бы кто-то, кто никогда прежде не видел подобного хозяйства или ничего не слышал о таковом, понаблюдал бы, например, за тем, как земледелец выращивает зерно, которое в далеком городе потребляют затем в виде хлеба, то у него возник бы вопрос: откуда земледелец знал, что данному потребителю нужен был именно хлеб и как раз в таком количестве? Этот кто-то, безусловно, удивился бы, узнав, что земледелец вообще не ведал, кто и где станет потреблять его зерно. Кроме того, он мог бы также наблю­дать, что все те люди, через руки которых должно было пройти это зерно, прежде чем оно будет окончательно по­треблено — за исключением того, кто продал хлеб потре­бителю, — вовсе не были знакомы с последним и что даже этот последний, т. е. продавец, как правило, вынужден был выпекать или покупать хлеб еще до того, как он мог узнать, что этот продукт достанется именно данному по­требителю. Земледелец мог бы легко ответить на такой во­прос: большой, частично унаследованный им опыт5 научил его, насколько большим должно быть его производство, с тем чтобы дела шли у него наилучшим образом; опыт на­учил его определять величину и интенсивность того спро­са, который ему надлежит учитывать. Пока есть возмож­ность, он действует именно так, а не иначе и лишь посте­пенно под давлением обстоятельств осуществляет некото­рые изменения.